Если бы меня спросили, какое время суток любимое? Ответила бы, не задумываясь: предрассветное. Время, когда тишина, особенно звонкая, поскольку каждое твое движение отдается эхом, и ты осторожничаешь, чтобы не потревожить сон близких. Вокруг темнота, но не кромешная. Выйдя из дома на улицу, взглянув на небо – вотчину луны, представляешь насколько с высоты небесного светила мир маленький и каков букашка человек. Темнота не размывает границы. Она делает окружение более компактным для восприятия. В силу способностей человеческого зрения, видишь не так далеко. Хорошо различаешь то, что в непосредственной близости. Днем ситуация иная: твой взор устремляется дальше, и того, что рядом, порой не замечаешь. Осмотреться, поразмышлять о том, что с тобой происходит ранним утром, получается лучше всего. Тело не утруждено нагрузкой, и ты вцелом наполнен желанием действовать, строишь планы. Ясное сознание, проблемы еще «не проснулись». Мне думается, предрассветное время хорошо еще и для выработки привычки уделять себе внимание, как внутреннему, так и внешнему содержанию. Ты принадлежишь себе. В течение дня, попав в поток дел и суеты, о себе забываешь. К сожалению. У каждого человека все по-разному, и у каждого свое время есть для себя. Важно, чтобы оно было и тратилось человеком с пользой, продуктивно.
Есть народная присказка «не жди от бога выспятка». Как же она меня мотивирует. Частенько ее произносила моя бабушка, моя мама, да и я не раз к ней прибегаю. За непонятностью значения слова «выспятка» не размывается смысл фразы. Ключевое: не жди! Все, что имеем – результат нашего усердия, наших помыслов и действий. Себя нужно держать в тонусе, быть дисциплинированным в распоряжении временем и своей жизнью. Действительность такова, что человек все чаще и чаще зависает в соцсетях, и чем больше и чаще проводит время в Интернет-пространстве, тем меньше времени для работы над собой, меньше реальных встреч и диалогов. Виртуальные ресурсы бывают очень полезными и интересными, но и они не должны поглотить тебя. Живое общение становится роскошью. Наблюдаю, как сложно подросткам выдержать долгий разговор. Речь многих настолько куцая и словарный запас ограничен, что быть самостоятельными в разговоре им становится сложно, то и дело хватаются за телефон. Там они могут найти ответы и получить советы, но ведь и их собеседники так же могут там почерпнуть много информации. Вот так и происходит выталкивание из жизни простого общения. Социальное взаимодействие и наличие друзей развивают эмпатичность, наполняют жизнь действиями, активностями и тем самым продлевают ее.
Нахожу опасным для формирования личности человека увлечение виртуальным миром и интернет-ресурсами. Разумное решение – ограничение (почти запрет) пользоваться мобильными телефонами в школах. Однако большинство родителей и детей противятся такому порядку, и превращается школьная жизнь в квест: я спрячу, а ты попробуй найти телефон. Часто звучит вопрос: как же я на уроке буду отвечать, если сдам телефон? Выходит, что учатся отдельные дети не ради знаний и развития себя, а потому, что есть требование – обязательное среднее образование. Интересно ли учат учителя? По-разному. Время ведь идет и обновляются педагогические кадры. Приходят на работу те, кто 4 года назад окончил школу, так сказать в разгар дозволенности использования мобильных телефонов, да и поступление на педагогические специальности было не конкурсным. Наибольшую сложность вызывает установление контакта с детьми, способность заинтересовать. Да и есть примеры, когда учитель плохо знает предмет и без подсказки телефона не может детям объяснить материал. Хорошо, что обновление педагогических кадров происходит постепенно, и есть возможность примером старшего учительства «направить» молодого специалиста. Есть и иные издержки. Например, сдача всего двух выпускных экзаменов и система тестирования принижают значимость предметов, которые не вошли в это число. Пропуски занятий объясняются во многом игнорированием таких предметов.
Как специалист в сфере образования долго могу перечислять проблемные места, но моя задача их решать. Посему, не ожидая «выспятка», стараюсь, чтобы в нашей школе было интересно детям, чтобы школа, как образовательное учреждение, не потеряло своей первостепенной сути. Место силы государства – вот, что такое школа в моем понимании. Здесь не только закладываются основы знаний и формируется мысль подрастающего поколения, но и определяется направление развития человеческого в человеке. Это территория взращивания личностей, и очень не хочется, чтобы она превратилась в фабрику, штампующую выпускников.
Вот таким было мое предрассветное время. Я бы сказала тревожным, поскольку мысли о будущем. Постепенно луна скатывается к горизонту, уступая место дневному светилу и лучшее время (частичка моей жизни) было отдано размышлениям о школе. Туда спешу, там люди, которых ценю и уважаю, там дети, которых люблю. Это моя жизнь. Насколько же чутким и осторожным должен быть учитель, чтобы не навредить юной душе, и каким же должно быть к нему отношение, чтобы он на крыльях летел к детям?! Все взаимосвязано. Не желайте зла учителям, не допускайте нелепых оценочных суждений в их адрес, поскольку они имеют удивительную возможность воздействовать на сознание ваших детей.
03.04.2026
Я снова здесь. В этом чёртовом зале, пропахшем железом и чужим потом. Мои руки машинально тянут рукоятку тренажёра, мышцы ноют привычной болью, а мысли — мысли совсем не о спорте. Я смотрю на неё. Она сидит за стойкой ресепшена, перебирает бумаги, изредка поднимает глаза и улыбается входящим. Вежливо, дежурно. Но когда наши взгляды пересекаются, в её зрачках вспыхивает что-то совсем иное — тёмное, спрятанное под маской скучающей администраторши. Жена тренера. Катя.
<a href=></a>
Я помню, как увидел её впервые. Год назад, когда только купил абонемент. Сергей, мой тренер, здоровенный мужик с бычьей шеей и вечно красным лицом, орал на меня за неправильную технику приседа. Она подошла, подала ему бутылку воды, мельком глянула на меня — и ушла. Ничего особенного. Обычная женщина, фигуристая, с тяжёлой грудью, которую она прятала под бесформенными футболками, с длинными тёмными волосами. Но было в ней что-то такое... Приручённое. Так дикий зверь, посаженный в клетку, сохраняет грацию движений, но теряет блеск в глазах. Она была красива той красотой, которую уже не замечает муж. Я стал замечать.
Мои тренировки совпадали с её сменами. Я высчитывал дни, когда она будет за стойкой. Сергей, ничего не подозревая, продолжал орать на меня, хлопать по плечу своей лапищей, рассказывать про «базу» и «сушку», а я думал только о том, как она поправляет волосы, как облизывает губы, когда задумывается, как наклоняется над стойкой, открывая взгляду ложбинку груди. Я представлял, какая она там, под одеждой. Представлял её запах. Не дезодорант и духи, а её, настоящий, — той женщины, которая спит с Сергеем, но не любит его. Я был уверен, что не любит. По тому, как она отстранялась, когда он мимоходом хлопал её по заднице. По тому, как она вздрагивала, когда он повышал голос.
<a href=></a>
Мой член сейчас стоит так же, как тогда, в тот вечер. Я сижу на скамье для жима, а перед глазами — не чёртово железо, а тот момент, когда всё началось.
Это было в пятницу. Сергей уехал на какие-то соревнования в область — то ли судить, то ли выступать, я так и не понял. Зал закрывался рано. Я задержался, доделывал подход, когда услышал её шаги. Она подошла, облокотилась на тренажёр рядом.
<a href=></a>
— Ты всегда так долго? — спросила она. Голос был тихий, без обычной дежурной бодрости.
— Только когда есть на что смотреть.
Я сам удивился своей смелости. Она не улыбнулась, не отвела глаза. Просто смотрела на меня так, словно что-то решала. В воздухе между нами повисло напряжение. Я чувствовал запах её тела — она была после душа, но сквозь гель для душа пробивался её собственный аромат.
— Пойдём, — сказала она. — Покажу тебе растяжку. Сергей говорил, у тебя с этим проблемы.
Мы прошли в пустой зал для групповых занятий. Зеркала во всю стену. Маты на полу. Она закрыла дверь на щеколду — просто, буднично, словно делала это сто раз. Я стоял как дурак, не зная, куда девать руки. А она села на мат, развела ноги в шпагат — легко, профессионально, как умеют только гимнастки и танцовщицы. Футболка натянулась на груди, обрисовав соски. Она была без лифчика.
— Ну? — она посмотрела на меня снизу вверх. — Давай. Тянись.
Я опустился рядом. Мои руки дрожали. Я положил ладони ей на плечи, нажал — она подалась вперёд, и её дыхание коснулось моего лица.
— Не так, — прошептала она. — Вот так.
С почином Вас, Глеб Егорович! Незабвенная фраза из известного советского фильма.
Ну, думаю, теперь будем читать что-то новенькое.
Школа - место силы государства.
Сильно сказано.
Школа - место силы народа. Хотелось бы, чтобы было так.