О причинах страхов. Часть II

Ступени08.07.2014

В предыдущих работах мною уже названы отдельные причины страхов. Напомню, первая группа, так называемыe биологические причины (генетически заложенные в человеке), вторая группа - личностно субъективные причины, проявляющиеся привязанностью, зависимостью, слабостью. В этой же работе речь пойдет еще об одной группе причин, связанной с верой и знаниями, а точнее с их недостаточностью и слабостью. Итак, незнание и безверие причисляю к основным причинам страхов, преимущественно связанных с самооценкой себя как личности, с самоидентификацией, умением понимать и определять смысл жизни, со способностью чувствовать и переживать, верить и воображать (так называемые агностические или экзистенциальные страхи).

Прежде чем непосредственно рассматривать страхи третьей группы, рассмотрю факторы, способствующие их возникновению.

Несмотря на то, что выразителем страха является конкретный человек, причина боязни может быть сокрыта не в нем непосредственно, а в общественном сознании, и иметь многовековое корни. Агностические страхи связаны не с определенными событиями и фактами, а с пониманием сущности человека как такового, с его способностью познавать и находить ответы на общие вопросы. Откуда пришли, зачем в этом мире, одиноки ли мы? – многочисленные вопросы без конкретного ответа.

Каждое поколение перенимает от предыдущего не только определенные достижения, но и ряд проблем и нерешенных вопросов. В древности от неумения объяснять явления природы и беспомощности перед стихиями появился страх перед силами природы. Чтобы как-то объяснить происходящее, неживые предметы и явления одушевлялись, наделялись сверхъестественными способностями. Устойчивый страх привел к возникновению религиозных верований. Всё, что не мог объяснить человек, выходило за рамки его представлений о мире и внушало страх, ассоциировалось с силами зла и тьмы, выполняющими роль наказания. Были и добрые духи, ведущие и оберегающие человека, лишиться их покровительства было также страшно, поскольку считалось, что без их помощи остаешься один на один со своими проблемами и бедами. В совершаемых обрядах почитания и жертвоприношения нахожу не только приверженность традициям, но и усматриваю потребность человека жить сообща, чтобы ощущать себя защищенным.

Мир шире и сложнее представления о нем конкретного человека. Пока не узнаешь, не попробуешь – опасаешься и боишься. Чего? Воздействия и неведения. Страшно, что неизвестное причинит неприятность или боль, возможно, ухудшит положение. И чем больше неведомого, тем шире страх.

До появления письменности основным источником знания являлся сам человек через общение. Сведения передавались из уст в уста, личное восприятие, эмоциональность человека не только накладывали отпечаток на информацию, но делали ее удобной и субъективной. Субъективное восприятие действительности становилось основой знаний о мире. Вроде бы и существует мир объективно, но знания о нем всегда субъективны. Может ли быть история объективной? Объективны факты и события, но их оценки всегда субъективны. Как определить уклад жизни до появления письменности. По вещественным историческим источникам. И ученые домысливают, перенося специфику своего мышления на древние эпохи. От развитого воображения исследователей история становится богаче легендами и мифами, но не объективностью. Если по вещественным археологическим находкам можно составить более четкое и конкретное представление о том, как жили, то в отношении нематериальной сферы жизни приходится более всего высказывать предположения и строить домыслы. Условно и подвижно деление мира на известное и неизвестное. Граница между понятным и непонятным представляется страхом, пройдя через который можно расширить мир известный. Желание заглянуть дальше, проникнуть в неизвестное всегда находило смельчаков, которые подстегиваемые любопытством, совершали открытия нового. А что там? Любопытство сильнее страха, сопряжено с риском и смелостью. И карабкается человек на гору и спускается в недра земли, тем самым отодвигает границу неизвестного, убивает страх и становится увереннее. Т.е. страх – это и базовая эмоция человека, и побудительная сила для познания.

Самое древнее мировоззрение можно рассматривать как убежденность в бесконечности и непознаваемости, основанное на вере. Чем сильнее вера, тем страшнее ее лишиться, поскольку верующий убежден, что не он сам, а всевышняя сила распоряжается его жизнью. Наиболее результативно воздействие внушения в религии. А внушаемое, самое труднопреодолимое. Бог всё видит, все понимает и каждому воздается по заслугам. Религия использует Божий суд, как добродетель, как высшую справедливость. Своеобразное внешнее устрашение для привлечения человека к одной общей жизни с Христом в душе. Через страх к послушанию, выработке смирения и покорности. Страх, овладевая душой, вынуждает ее страдать. Страдает человек, потому что неспокойно, потому что идет внутренняя борьба темного и светлого. Внешние признаки проявления такого страха не похожи на ощущения от биологического страха: не прошибает холодный пот (разве, что неспокойно спишь и просыпаешься весь в холодном поту), не происходит оцепенения, и не бегут мурашки по телу, но повышается волнение.

Не найдя ответы на волнующие вопросы, не обретя смысла жизни, человек может впасть в отчаяние, способен к суицидальному поступку, как шагу по избавлению от страдания. Основной причиной страдания является неправильно выстроенная иерархия духовных ценностей. Чтобы преодолеть страх, надо подавить в себе все мирские желания и отдать душу богу, считает религиозная вера. Но человек соткан из потребностей и желаний, деятельностью по их удовлетворению отличается каждый из нас. Не могут возникнуть более сложные и возвышенные желания, минуя удовлетворение первичных и простых. Считаю, что многие люди по разным причинам, преимущественно недостаточного духовного развития, первичные и простые потребности опримитивили, и таким образом сами стали примитивны и неинтересны.

Надо вырабатывать позитивное мышление, избавляться от внутренней суетности. У суетных людей всегда неспокойно на душе, нет постоянства и уравновешенности, нет терпимости. Чтобы меньше было суеты, надо жить по правилам. Регулирование отношений нуждалось в выработке правил совместного проживания. Так появились религиозные заповеди, заполнившие пустующую нишу и ставшие требованием отношений, сформировавшихся жизнью. Позже появились и нормы государственные – законы. Самая древняя норма отношений – мораль, неписаные правила общественного договора. Мораль – это всегда личностное восприятие жизни, норма отношений между людьми, основанных на личном предпочтении и понимании. Однако в силу невысокого развития общества для того чтобы правила действовали нужен был институт, который бы следил за их соблюдением, нормы отношений нуждались во внешней поддержке (например, тот же совет старейшин апеллировал к высшей силе - духам и богам, как к устрашающей силе). Мораль приобретала оттенок религиозности (при слабой власти государства) или того господствующего класса, который в конкретное время был силен и у власти. Эталоном морали является понимание того, что человек - высшая ценность на земле. Исходя из такой убежденности, надо и жить соответствующим образом. Совесть должна руководить поступками. Совесть многих оказалась настолько слабой и неразвитой, что не может жить самостоятельно без досмотра и поддержки.

Внешним регулятором и блюстителем нравственности становится общественное осуждение (как я отмечала, в форме воздействия государства или религии). Были попытки и опыт создания общественных негосударственных партий и объединений, но как показывает жизнь, все общественные, в том числе и частные объединения – маленькие копии большой государственной системы. Совесть, если она есть, не нуждается в опеке и внешнем выражении. Она стержень человеческого достоинства. Если его нет, как бы не взывали к совести, стыдно человеку не станет. Осуждения и наказания боятся многие, а вот совести редко кто. Если бы она была главным регулятором поведения, уверена, что зла в мире не стало бы. То, что и мораль живуча массовостью, и блюдется обществом, также доказывает, что человек не способен жить один. Он нуждается в людях, их поддержке и внимании.

Люди корректируют законы с учетом общественного развития, а религия незыблемо оберегает то, что было актуально прежде, но в силу наступления цивилизации, несколько утратило злободневность. Долгие годы церковь не шла на реформы, не изменялась. Однако с возникновением угрозы господствующему положению, с расшатыванием незыблемости позиций, стала допускать преобразования, приближаясь к человеку. В том, что настоящих верующих не более 30 процентов населения, виновата, прежде всего, сама церковь. Своей устрашающей позицией и недостаточной мобильностью. Я не говорю, что общехристианские ценности должны постоянно меняться, зависеть от человека, находящегося во главе церковного клира. Настоящие ценности – это человек и его жизнь, должны оставаться незыблемыми во все времена и поколения, признаваться церковными и светскими органами.

Так заявляя, я, скорее, выступаю против зависимости, которую содержит религия, чем против веры. В религии человек – раб божий, находящийся в ожидании Армагеддона, зарабатывающий послушанием и смирением вечную жизнь. А для веры важна сама вера. Ее сила в способности любить человека. Почему церковь осуждает спиритов, экстрасенсов? Да потому, что они несут угрозу религиозной вере, они конкуренты за власть над душой. Они, якобы, приоткрывают занавес потустороннего мира, проникая в запретно-запредельное. Опасаясь лишиться власти над человеком, церковь использует страх в образе страшного суда для упрочения своих позиций. Есть праведный суд – божий, а есть и суд дьявольский. Страх используется как орудие власти. Казалось бы внешне все просто и церковь вне государства, сама по себе. Церковь нахожу более воздействующей силой на человека, чем иные социальные институты. И при грамотном сотрудничестве государства с религиозными структурами можно достичь более высокого уровня управляемости обществом. Считаю, что не по причине глубокой набожности многие политики и известные люди обратили внимание на церковь. Церковь – это сила, управляющая сердцем, т.е. душой человека. Там, где разуму закрыта дорога, где он беспомощен и слаб, вмешивается вера. Не желая отказываться от воздействия на человека, ибо это полный крах для ее существования, церковь оставляет за собой главное право – вести душу.

Духовное неконкретно и абстрактно, душа непредсказуема и нематериальна. Государство осторожно, но приняло такое разделение воздействия на человека, предоставив и другие, помимо религиозности, возможности для духовного развития. Духовная власть сильнее, поскольку не использует внешнего принуждения и наказания. Но она действенна лишь на людей, обладающих духовностью. Значит, чтобы воздействовать на что-то, надо это что-то создать. Просвещением через воскресные школы, возрождением монастырей, как территорий-убежищ, предоставляющих возможности для уединения и разрешения внутреннего конфликта, популяризацией религии, налаживанием отношений с властными структурами, завоевывает церковь доверие, а, следовательно, и поддержку государства.

Церковь из-за глубокой самонадеянности и уверенности в своей силе и могуществе потеряла власть над человеком и сейчас более искусным и утонченным способом ее возвращает. Но разве можно вернуть вчерашний день? Считаю, священнослужителей, не всех конечно, одними из самых образованных и мудрых людей, хорошими психологами. Настоящих духовно богатых и с высоким уровнем интеллекта немного, поэтому процесс возвращения власти над человеком идет очень медленно. Церковный клир уже и цель несколько иную ставит – сохраниться. Священнослужители обладают одним важным преимуществом перед другими людьми - доверием. Светскому человеку доверие людей нужно завоевывать, а к религиозным чинам оно уже априори существует, за счет уважения к Богу.

Нужны ли для веры пышные и помпезные храмы? Нужны ли дорогие обряды и строгие ритуалы? Нескоро (это так чтобы непессимистично), а вообще, никогда не произойдет такого, что человек так переродится, что станет способен жить морально без внешнего воздействия. Для совершения такого чуда, надо, наверное, всех уничтожить, оставив для разведения нового потомства двоих: мужчину и женщину, самых лучших из всех благочестивых. Но кто выполнит эту роль, и кто станет судьей? Идет человек по жизни с мыслью, что возможно он, а не кто-то другой выполнит особую миссию спасения и ищет свое высокое предназначение. Увы, конкуренция за умы, перерастает в войну за души человека.

Кто выиграет? Да никто, до тех пор, пока человек будет способен любить, он будет и верить. Будет подниматься, падать, искать, разочаровываться и вновь верить. Во что и как сильно, зависит и от самого человека, и от того воздействия, которое он получает.

Человек от рождения – загадочное создание. Неизвестно, что в нем возобладает доброе или злое, ибо в нем все заключено. Взрослея, в силу воспитания, под воздействием окружения, совершает много злых поступков, они становятся заметнее. Некоторые люди «добры» лишь потому, что недостаточно смелы. Из-за страха осуждения и неодобрения не делают того, чего хотели бы совершить. Не всякий плохой поступок, нарушающий мораль, или церковные заповеди, является злом, губящим человека, грехом, за которое должно последовать страшное покаяние, а затем очищение. Страшен даже не столько сам суд, сколько неизвестность, которая после него наступит. Но кто вернулся с того света, чтобы мог поведать, что такое Чистилище? В каждом из нас есть свое чистилище – совесть, ее надо слушаться и бояться. Есть и народная молва – осуждающая или поддерживающая. К молве прислушиваться стоит, но не более того. Чаще всего она вызывается завистью. Одни завидуют и сплетничают, а другие, боясь осуждения, вступают в конфронтацию или начинают заискивать. По сути ведь, страх порождает зависимость, слабость. Вот и получается, что молвы боятся многие, а совести мало кто. Страх – это самое сильное средство воздействия на человека.

Зная, чего человек боится, или чем дорожит и опасается это потерять, через внушение можно сделать его послушной игрушкой в руках умелого манипулятора. Считаю, что обращаясь к религии и уделяя внимание церкви, политики не о духовности и нравственности общества пекутся, а страшатся осуждения и потери поддержки 30% электората. Себя хотят наилучшим образом показать, мол, чист душой и лишен злых помыслов. К тому же, повествование о вечной жизни привлекает. Почему бы и такую возможность не попробовать. Кто не хотел бы жить как можно дольше? Разве что тот, кто не знает что такое жизнь.

Бесспорно, настоящие верующие есть и среди чиновников, и среди известных личностей. Такие люди предпочитают жить скромно, незаметно. В чистоте душевных помыслов отдельных людей не сомневаемся, так как поступками оцениваем человека. Возможно, мы так увлечены жизнью, что недостаточно внимательны к окружающим и недостаточно знаем о жизни, чтобы делать верные умозаключения. Жизнь сложна сама по себе, личное отношение к происходящему, умение самостоятельно решать проблемы создает впечатление, что у многих она беспроблемна. Беспроблемная жизнь – иллюзия. Многие готовы заблуждаться и жить иллюзиями, только бы не тянуть тяжелую ношу, желают, особо не напрягаясь, получать дивиденды.

Чем дороже ценит себя человек, чем ярче потребность в жизненных удовольствиях, тем страшнее потерять жизнь. Как правило, выдающиеся умы свою жизнь не ценят так, как это делают заурядные личности. Для незаурядных личностей ценен процесс познания, известны случаи, когда во имя общего дела, ради истины и доказательства идеи ученые проводили опыты над собой, подвергая жизнь опасности. Вера, которая изначально убеждала человека в его способности преодолевать слабость и зависимость от сил природы, стала способствовать выработке новых страхов, более сложных, связанных с самоидентификацией человека и определением его роли в обществе. В результате столкновения веры: веры, как религии и веры, как убежденности человека в лучшем исходе, в его способность преодоления, изменяется вера. Религия стала более понятной и доступной, а вера в способности человека все больше и больше вызывает удивление, поскольку покоится на знаниях и опыте. Наука не стоит на месте, и человек, открывая вселенную и покоряя космос, преодолевает и развенчивает страхи, которые долгое время были инструментом религиозной веры. В то же время, наука способствует выработке новых страхов: перед аномальными явлениями, перед вмешательством и приходом инопланетян, боязнью мутаций, победы искусственного интеллекта и т.п. От неведения многие боязни. То, что известно и предсказуемо, то не страшно или почти не страшно. Чем больше знаем, тем не только шире наша эрудиция, но и меньше зависимость от страха. Как отмечала выше, страхи, обусловленные системой взглядов на мир, объяснением его происхождения и существования, изменяются вместе с мировоззрением человека.

Таким образом, подытожив вышеизложенное, прихожу к выводу, что страхи агностического характера сильнее и масштабнее страхов двух первых групп, поскольку имеют общественную природу возникновения. Следовательно, и их преодоление сложнее, поскольку, преодолевает конкретный человек. Одному преодолеть то, что создается многими, конечно же, непросто. Однако эти страхи затрагивают не каждого, а лишь того, кто стремится к познанию и поискам ответов на вечные вопросы. Людям скудного внутреннего мира они практически незнакомы.

К факторам, оказывающим воздействие на возникновение страхов агностического характера, отношу:

Можно выделить и другие обстоятельства, способствующие выработке страхов агностического характера, они будут иметь уже более конкретное и не столь масштабное воздействие. Каждый страх нужно рассматривать ситуативно и конкретно, и причины возникновения и способы преодоления поэтому будут индивидуальны и конкретны, но не учитывать характер общественного воздействия, роль ментальности и традиционного уклада нельзя, впрочем, как и переоценивать их.

В следующей работе остановлюсь на рассмотрении страхов, относящихся к этой группе и, используя опыт личных наблюдений, поделюсь способами их преодоления.

07.08.2014


Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставить свои комментарии


WW

В день Святого Валентина опять вернулась к этой загадке. Трепетное отношение к человеку, которого любишь, приходит с годами. Ценишь прожитые вместе годы и дорожишь любимыми людьми. А обиды и все глупости, совершенные из-за этих же обид, уходят. Всех с праздником!

Н.В.

Красиво, поэтично, образно и, как всегда, увлекательно, как и должно быть с загадкой. Все по правилам жанра. Кажется, речь идет все-таки о тревоге, о неизбывной тревоге любящего сердца за тех, кому сердце отдано: детям, мужчине, родине, делу. То ли тревога причина неуверенности, сомнения и осторожности, то ли она их порождение. Да здравствует сомнение в человеке и процессе мышления !

Л.М.

Как-то сложно, разное вертится. От волнения до осторожности. Но вот упоминание о связи любви и страха подталкивает к предположению о трепетности отношений. А вообще понравилась необычность описания и сравнение людей с рекой. Правда, одни внешним видом лоснятся и создают впечатление,как вы уместно выразились "мыльные пузыри", а внутри - пустышки. Конечно, страшно жить, но ведь надо.

WW

Долго не могла соединить страх, любовь и предупреждение врагу, чтобы боялся. Пришла к выводу, что это преданность (но не уверена). Мы преданны человеку, которого любим, и боимся за него – появляется страх. Но именно из любви мы можем, не взирая на страх, быть преданным во всех жизненных, порой очень трудных, ситуациях человеку, которого любим. Предупреждение врагу: вспомнилась притча о старике и сыновьях, которые не могли ужиться вместе. Отец попросил разломать пополам веник – сыновья не смогли. Тогда развязал веник и велел сломать по одному пруту – легко переломали сыновья прутья веника. Сказал отец: «Так и в жизни – будете вместе, будете преданны друг другу – никто не победит».

неизвестный

Светлана Алексеевна! В День Святого Валентина желаю счастья и тепла от всех, кто с Вами рядом. Что касается Вашей загадки, то для меня она слишком сложная. Возможно, речь идет об эмоциональности натуры, свойственной нравственно и эстетически развитому человеку.

автор

Спасибо! Праздник святого Валентина людьми зрелого возраста воспринимается с некоторой ироничностью, молодежь же использует любой повод, чтобы выказать внимание друг другу. Возможно, нам стоит поучиться у них некоторой легкости и способности использовать предоставляемые возможности для проявления внимания к близким и родным. Мне нравится этот праздник и поэтому особо приятно получить поздравление. Всех читателей сайта с праздником! А загадки - всего лишь гимнастика для ума. Рада, что есть неравнодушные и думающие люди.